Есть такая забавная штука в мироздании - закон парных совпадений. Это когда видишь за окном НЛО и тут же над твоим сайтом вывешивается баннер: "НЛО оптом и в розницу". Или когда разбираешь рассказ Александры Давыдовой с рефреном: "Меня зовут Полли, и я параноик", а после открываешь книгу Ольги Онойко и тут же натыкаешься на: "Меня зовут Ксе. Я шаман".
Удивительные встречи - из той же серии. К примеру, едешь в Москву и в метро встречаешь знакомого из Тулы - запросто.

Так и с семинаром. Помните, шановни участники, о чем шла речь, когда подоспела тяжелая артиллерия неподготовленных зрителей? Точно, о достоверности: о толковании термина "бустрофедрон", времени рейса Москва-Петербург и основанном на личном опыте влиянии сверхъестественной силы на человека (утверждение "сильный человек обязан быть бессовестным" мне понравилось, надо будет использовать - для антагониста).
И что же? Через час мы приходим на доклад Олди, и нам ставят мозг на место.

Физика

- Я только не поняла, за что его заточили в амулет.
- А за то же самое. Он и Сулеймана совестил, я так понимаю.
- Очень правильный был.
- Ага. Раздражал страшно.
(на структурном литсеминаре)

Олди всякий раз вытаскивают на поверхность исключительно злободневные темы.
И классно формулирют.
Поскольку я мыслю, в основном, древовидными списками, выдаю сжатые конспекты двух докладов (хотя, конечно, это надо было слышать со всеми цитатами и примерами).

Достоверность, как ее нет

Достоверность реальности против достоверности художественного образа.

Достоверность произведения зависит от пересечения области знаний автора и читателя, а также от комплекса художественных задач, которые ставит перед собой автор.

Техническая достоверность - не цель, а средство.

Художественная достоверность превыше технической.

Ответ критикану на форуме сразу ставит автора в позу виноватого.

Сбор материала нужен:
- для того, чтобы "обмануть" несведущего читателя
- для самого автора - чтобы "войти в материал"

Мужество похвалы

Какие характерные для фантастики черты хотелось бы сохранить в противовес "модным":
- Активная жизненная позиция против чернухи (чернуха как изображение безысходности набирает популярность с 70-х годов; чернуха - это не трагедия, не страдания, а беспросветное уныние).
- Созидание против распада, гниения (воспевание распада культивирует уныние).
- Сильные личности, мощные герои, сильные порывы, страсти против "маленького", читай мелкого человечка (герой гламура - ничтожество; "доблесть карлика в том, чтобы дальше плюнуть").
- Литература для читателя против "разговора с мирозданием" (можно не уважать какого-то читателя: глупого, ленивого и т.д.; но не уважать читателя вообще - странно для писателя).
- Жанры, которые сегодря редко встречаются в нефантастической области: историческая (псевдо-, крипто-, альтернативная история) литература, эпопея (предмет исследования - масштабные сдвиги эпох), роман-эпопея (рассматривается и макрокосм, и микрокосм).

При этом речь не о качестве, а о принципах.

Лирика

- Вы в первый раз на Звездном мосту или уже были?
- Была в прошлом году.
- Что-то я вас не помню... А! Вы, наверное, другого цвета были.
- Это точно.
(на открытии)

Мое расписание на Звездном мосту выглядело так: открытие - литсеминар - Олди - Олди - закрытие. Но это информационная часть. А в промежутках и перерывах мы бродили по Харькову, благо от Университета до нашей гостинички напрямик полчаса ходу, а если поворачивать наугад - то можно гулять до вечера.

Ах, этот город, залитый осенним солнцем, где лаковые каштаны разбегаются по брусчатке, а рядом с монументальным зданием Университета высится так любимая мной "компьютерная" громада Держпрома. Где на центральной улице едва разъезжаются два автомобиля, а Армянский переулок оказывается многорядным шоссе. Здесь прохожие говорят по-русски, радиоведущие - по-украински, а вывески радуют смешением трех, а где и четырех языков.
Город контрастов, где рядом с новеньким игрушечным домиком можно увидеть полуразрушенную готическую постройку - пустые проемы стрельчатых окон и скульптурные амурчики с отколотыми головами. Где свеженький дизайнерский балкон запросто приделывается к почерневшей от времени, облупившейся кирпичной стене. Где мрачные развалины соседствуют с буйством граффити, а стихийное граффити плавно перетекает в облагороженную роспись на стенах магазинчиков.
Где в маленьких кафешках такой замечательный кофе, где не запрещено киндзмараули (и невольно думаешь: лучше бы политики ругались с теми, у кого не такое вкусное вино), где бронзовый Остап Бендер уступает полскамейки любому прохожему, а в парке прячется по-петергофски роскошный фонтанный каскад.

Здесь легко представить себя внутри фантасмагории: старенький маг запускает в парке фейерверк, косматый оборотень греется на солнышке у фонтана, две девчонки-кикиморы хихикают, сидя на заборе, на площади Свободы проходит митинг шишиг, а по коридорам Университета бесшумно плывут привидения.
Над этим городом раз в год раскидывается звездный мост, соединяющий выдумку и реальность, сухую теорию с полетом фантазии, разные страны и языки.
Отсюда так отчаянно грустно было уезжать и так радостно при мысли, что когда-нибудь снова увидишь эти площади, эти фонтаны, эти каштаны - и всю эту фантастику.

Говорят, что трудна у фантаста судьба.
Ерунда! Нам года не грозят.
(из песни про Звездный мост)